Все новости »


О центре Ландшафтная школа
Путешествия Озеленение
Фотоотчеты Посадочный материал
Все сады мира Услуги садовника
Ландшафтная школа Услуги ландшафтного дизайнера
Курсы ландшафтного дизайнера
 
107014, Москва, Егерская д.1, стр 1
+7 (925) 868-07-31
E-mail: gertrudaarbat@gmail.com












GARDENER.ru

Сад Bekaert, Piet

Страна:
Бельгия

Провинция:

Открыт:

Время работы:






Часто говорят, что талантливый человек талантлив во всем. Попадая в сад Пьета Бекарта вблизи Гента, моментально поддаешься магии интересного человека: архитектора, дизайнера, художника, фотографа, скульптора, писателя и поэта. Пьет родился в 1939 году в Голландии, его художественное чутье проявилось еще в раннем детстве. Всему миру он известен, прежде всего, как художник, на творчество которого большое влияние оказали импрессионисты. Завораживающая игра света, поэзия и чувственность – все свои картины, известные многим ценителям импрессионистской живописи, он написал именно в этой манере. Сад Пьета Бекарта, окружающий его собственный дом вблизи Гента, спроектирован художником для собственной семьи. Пьет руководствовался идеей, которую еще в начале XX века провозгласил Томас Черч в своей ставшей бестселлером книге «Сады для людей»: приоритет потребностей пользователя , сплав дома и сада воедино, незаметное проникновение сада в дом и как результат – расширение границ дома». Благодаря панорамному остеклению салона и особому принципу построения пространства дом и сад представляют собой единый организм, особую среду, где царит гармония человека и природы. Безусловно, сад Пьета Бекарта – это сад импрессиониста. При этих словах невольно вспоминается собственный сад другого художника – Клода Моне, но насколько несхожи между собой эта два произведения ландшафтного искусства! Возможно, в этом и суть всего художественного направления: основываясь на собственном опыте эмоциональных переживаний, автор не буквально воссоздает определенные природные картины, а лишь «расставляет сети» для впечатлений, словно приглашает природу в свой мир. В случае с садом Моне ощущение жизни, упоение определенным сезоном приходит через яркие краски: весной тюльпаны, летом ирисы, затем дельфиниум, затем золотарники и георгины. Многие наши современники не понимают цветочной колористики Моне, страшатся яркости, красок, недоумевают над смешными цветочными клумбами, которые некоторые садовые критики называют «грядками для моркови». Но Моне, так же как и Бекарт, создавал сад для себя, для отражения определенного душевного настроя. Он высаживал многие растения не только для того, чтобы любоваться ими вблизи, но так же и для созерцания цветников из окон своей спальни или мастерской. То, что кажется «грядкой» при ближайшем рассмотрении, издалека сливается в огромное цветочное море, и для художника это означало комфортную эмоциональную атмосферу. Он даже не предполагал, что спустя 100 лет сад станет местом паломничества. Та же цель, но совершенно иной способ ее достижения усматривается в строгом архитектурном построении сада Бекарта: виртуозная проработка пространства, продуманное соотношение форм, идеальный баланс «пустоты» и «заполненности» с преобладанием благородного зеленого цвета. Земля, вынутая при строительстве пруда, была насыпана по внешней границе сада, вдоль нее посажены клены ‘Globosum’, а сама насыпь имеет покрытие из плюща, который блестит своими глянцевыми листьями и переливается на солнышке. Особе внимание Пьет уделил созданию садовых картин, наподобие тех, о которых говорила Гертруда Джекилл. Свободно перетекающие друг в друга пространства «зеленых комнат» сада служат своеобразным «поводом» для смены пейзажных картин. При этом композиция каждого вида строго «уравновешена» относительно рамок, ограничивающих вид: живых изгородей, скульптурных форм, «вылепленных» из живых растений. Наподобие средиземноморского или французского регулярного сада произведение Бекарта – это царство форм и объемов. Но вместо помпезности, размеренности, упорядоченности форма привносит в пространство экспрессию, делает сад похожим на абстрактное полотно, где фигуры и линии выражают освобожденную идею искусства, заставляют, пользуясь терминологией Кандинского, «войти» в произведение и «переживать его пульсацию во всей полноте». Настоящий герой сада – солнечный свет. Он действует как химический состав, проявляющий на бумаге невидимые чернила. Проливаясь на газоны, мощение, воду, топиарные формы, он выявляет их объем и фактуру, делает сад осязаемым для ваших эмоций. Основной вид сада открывается из огромного окна гостиной-салона, которое служит одновременно и рамой для пейзажной картины. Использование цвета в саду строго дозировано, но это многократно обостряет его восприятие. В отличие от многих российских садов или уже упомянутого сада Моне, здесь достаточно ограниченный ассортимент растений. Противовесом геометрии служат плетистые розы, клематисы, чубушники, гортензии – цветущие растения, наполняющие сад своей мягкостью и изяществом. Главным украшением сада, несомненно, служит квадратный водоем, вплотную примыкающий к дому (создается впечатление, что дом стоит на воде) – видимо, голландские корни Пьета потребовали воспоминаний о родине. Водное зеркало окружено огромными самшитовыми шарами, диаметр варьирует от 1 до 3 м. Архитектурную строгость композиции у водоема нарушают, а, точнее, «приправляют» подобно специям кусты лилейника и украшение сада – заросли пелтифиллума (Dramera peltata), королевское растение, создающее богатый вид, интересный контраст по форме, текстуре, а осенью еще и по цвету. В октябре Dramera окрашивается в ярко-красные тона, и ее отражение в воде завораживает. Запоминается элегантная простота дома и сада, возможная лишь при наличии хорошего вкуса. В 1962 году Рассел Пейдж писал: «Все хорошие сады, которые я когда-либо видел, все зеленые декорации, которые оставили у меня чувство глубокого удовлетворения, были результатом сдержанности в средствах». Это можно в полной мере отнеси и к саду Бекарта. Поражает изобретательность форм, в которые превращаются тисы, самшиты, туи. У каждого при посещении сада возникают собственные, порой неожиданные ассоциации: кто-то определяет группу голубых хвойных как подобие леденца на палочке, кто-то воспринимает их как отголосок из детства – любимое эскимо. С ними соседствуют спирали, кубы, шары, конусы – все многообразие геометрических форм словно сошло с полотен Пита Мондриана и благодаря мастеру нашло свое воплощение в растениях, мощении, газоне, водоеме. Сад Пьета Бекарта, изысканный, гармоничный, выполнен с таким вкусом и мастерством, что специалисту сложно выделить здесь какие-то «особые» приемы, на которых держится эстетическое впечатление во многих других садах. И все же, пожалуй, один из наиболее запоминающихся мотивов – искусно подстриженные древесные растения, так называемые топиарные формы. Обозревая это великолепие, невольно задаешься вопросом: «Можно ли повторить подобный опыт в нашем саду, используя ассортимент растений, успешно зимующих в средней России?» В саду, котором идет речь, для стрижки, в основном, используются тисы и самшиты, как и повсеместно в Европе. Это медленно растущие культуры с очень плотной кроной, образующей ровную, бархатистую поверхность. Они подходят в том числе для создания сложных фигур, но в наших условиях плохо зимуют. Конечно, во многих наших садах эти древесные породы растут, и даже имеют «за плечами» не одну суровую зиму, но надо учитывать, что регулярная стрижка ослабляет растение, снижая его зимостойкость, поэтому лучше оставлять их свободнорастущими, а для топиарных форм выбирать культуры основного ассортимента, хорошо приспособленные к местным условиям. В отличие от тиса и самшита все эти растения не идеальны, они обладают, по крайней мере, двумя существенными недостатками. Во-первых, они растут быстрее, и, если сад Пьета Бекарта нуждается лишь в трех стрижках за сезон (с этим здесь справляется один рабочий), то наши породы, о которых речь пойдет ниже, будут «требовать ножниц» почаще. Во-вторых, по той же причине быстрого роста наш ассортимент не подходит для создания сложных фигур: фантазийных скульптур в виде фигурок животных и птиц, замысловатых спиралей и прочих изысков. Тем не менее, растения, зимостойкие в средней полосе России, могут быть необычайно эффектны, если придавать им четкие, внятные геометрические формы. Для фигур, имеющих острые вершины и ребра, выбирают самые медленнорастущие из доступных нам древесных пород: кизильник блестящий, бирючину, боярышник, грушу, вишню, тую. Подходят для этой цели липа и вяз, которые прекрасно смотрятся, например, в форме куба, но у них достаточно крупные листья, и сами фигуры поэтому должны быть массивными. Молодой саженец дерева можно сразу посадить на пень и получить куст, тогда основание фигуры будет у самой земли, но можно сформировать конус, куб или шар на «ножке» - оставив дереву штамб такой высоты, которая вас устраивает. Деревья и кустарники, остриженные в округлую форму, не теряют ее, даже «вышмыгивая» довольно длинные побеги в период активного роста. Поэтому, выбирая растение, из которого вы сделаете в последующем овал или шар, вы располагаете большей свободой. Помимо уже перечисленных культур можете обратить внимание на пузыреплодник, спиреи, клены – татарский и Гиннала. Они прекрасно выглядят, хотя и довольно быстро увеличиваются в размерах (что не всегда является недостатком). Топиарное искусство – дело довольно трудоемкое. Если вам не по душе проводить выходные в саду со стремянкой и ножницами, можете устроить вокруг дома «Версаль для ленивых» при помощи древесных и травянистых лиан. Потрудиться придется один раз – при создании прочного металлического каркаса необходимой формы. Высаженные у подножия фигуры девичий виноград, жимолость, гортензия черешковая, хмель ‘Aurea’ быстро заплетают его, образуя эффект стриженой фигуры.


Этот сад Вы можете посетить, выбрав программы ландшафтных путешествий:


Дополнительную информацию о саде Вы можете получить на курсах:

Рейтинг@Mail.ru